«Я – не анархист»: интервью с оштрафованной астраханской оппозиционеркой

Которая няша

ОбществоОсновное

Фото из архива Веры Иноземцевой

Я опаздываю, она приходит вовремя. Тонкая, хрупкая, небольшого роста и с огромными глазами. Трудно поверить, что у этой двадцатилетней девочки с тихим голосом уже состоялся один суд по административной, но серьезной статье, а за плечами — несколько протестных акций. Да и двадцати ей никак не дашь, максимум – выпускница школы.

Я включаю диктофон — смеется: «Ой, все так серьезно?». Серьезнее не придумаешь, впереди у Веры Иноземцевой рассмотрение апелляции в областном суде. Пока девочки ее возраста ходят по барам, она выстраивает линию защиты и мечтает создать хореографическую постановку об оппозиции.

Но это не ода борьбе молодой оппозиционерки с системой в Астрахани. Правда ли, что Навального поддерживают лишь науськанные манипуляторами школьники и там лишь ребята без знаний, здравого смысла и огромным желанием все сломать? Кто оно — поколение, которое через десяток лет будет определять будущее страны?

История, которая привела к суду, началась с митинга «Он нам не царь» перед инаугурацией Владимира Путина. После согласованной акции в парке Дружба (Жилгородок), ее участники прогулялись до Лебединого озера. По данным полиции, митингующие выкрикивали лозунги и несли транспаранты, поэтому разрешенный митинг превратился в несогласованное шествие. Веру и еще два десятка участников погрузили в автозак и отвезли в РУВД.

Из 24 задержанных судили двоих — Михаила Долиева и Веру Иноземцеву. Изначально их обвиняли в организации шествия. В итоге Долиева признали организатором, а Веру — участником, но обоим назначили штрафы в размере 10 тысяч рублей.

Как проходило задержание? Почему судили именно тебя, ты действительно организатор митинга?

Не знаю, в РУВД я спросила: «Почему вы именно меня взяли?» Ответили: «Ну ты же призывала». Видимо их зацепила речь моя на митинге, где я сказала: «Наша страна такая же разрушенная как этот фонтан, где я стою. Я иду гулять одна, а вы как хотите». Они посчитали это призывом.

После митинга все почему-то пошли за мной, но я никого к этому не призывала. Я вообще хотела дойти до центра и около администрации постоять в пикете одиночном [закон разрешает проводить его без согласования, — прим. «Арбуза»]. Но все пошли, скандировали лозунги. Нет, я не кричала, во время задержания я была без транспаранта, только раздавала листовки. Плакат я не знаю куда потом пропал, но во время прогулки он у меня был закрыт.

Мы дошли до Лебединки и увидели, что разворачивается автозак. Толпа побежала вперед, но я не смогла быстро бежать из-за травмы, нам пришлось свернуть. Дальше к нам подбегает полицейский, берет под руки, называет меня и моего знакомого по имени-фамилии и отводит в автозак якобы для выяснения личности. Да, очень комично, но мы не сопротивлялись.

Нас почему-то отвезли в Трусовский РУВД, скорее всего чтобы никто из волонтеров не пришел. Минут 20-30 полицейские звонили начальникам, не знали что с нами делать. В основном ребят отпустили. Нас с Долиевым отпустили спустя более чем три часа. При этом через положенные три часа [время, на которое можно задерживать «до выяснения», — прим. «Арбуза»] я собралась уходить, но сначала меня не пускали и только потом повели составлять протокол. Это было около 11 вечера, все сотрудники были сами уставшие.

Дальше мне долгое время не назначали суд, недели две ждала, потом узнала чисто случайно, а через день пришла повестка.

Вера перед судом

У тебя был адвокат, как ты готовилась к суду?

Нет, я не вижу в этом смысла, не верю в справедливость суда. Я изучаю материалы дела, читаю другие дела по этой статье, выстраиваю линию защиты, мне помогает юрист. В деле четыре одинаковых рапорта полиции, слово в слово. Такого быть не может! Еще есть видеозапись, до суда мне ее посмотреть не дали, не знаю почему. Я в принципе понимаю, что там может быть, наверное, где я иду гулять и раздаю листовки.

В астраханском штабе Навального были юристы [астраханский штаб прекратил свое существование 31 марта, прим. «Арбуза»], которые объясняли права или поясняли законы, чтобы вас не могли привлечь?

Нет, но когда в паре акций поучаствуешь, уже все понимаешь. Это моя пятая акция, не считая одиночных пикетов. Например, я пикетировала около министерства на улице Татищева.

Если тебе придется платить штраф, из каких средств ты будешь платить? Возьмешь у родителей?

Я сама не зарабатываю ничего, у меня есть только стипендия – 2 тысячи рублей. Но я стараюсь не брать у родителей деньги, мне все-таки не 15 лет. Тем более Фонд борьбы с коррупцией помогает задержанным.

Почему тебе интересна политика?

Мне политика не то чтобы интересна, мне не безразлично, что происходит. Обидно, что такая большая и богатая страна разваливается. Особенно когда вижу наших пенсионеров и сравниваю их жизнь с пенсионерами на Западе, мне очень плохо становится. Наши ничего себе позволить не могут, а там после пенсии только начинается жизнь – путешествия, что-то новое. У нас все заканчивается, пенсии копеечные… Еще мои родители госслужащие – учитель и военный, у них зарплата не очень большая, но за их работу должны больше раза в три платить, чем сейчас. Они столько нервов оставляют на работе. Я не могу терпеть эту несправедливость.

Ты за Навального или против нынешней системы?

Против системы, потому что Навальный не объединяет абсолютно всех людей. Я считаю, что вся оппозиция должна объединиться и тогда все получится. Но как человек Навальный мне очень сильно нравится, я была такая радостная, когда он приехал. Он стоял с обычными людьми фотографировался, обнимался, разговаривал. А нынешняя власть дистанцируется от людей.

Мне кажется Навальный смог бы что-то изменить. Но если бы был другой кандидат, который обладал нужными качествами и говорил здравые вещи, то я была за него. Но Навальный популярен и у него были шансы.

А Собчак?

Как можно серьезно относиться к человеку, который в один день рекламирует в своем Instagram шмотки, косметические средства, а в другой день говорит, вот наведем здесь порядок? Когда ты в политике, мне кажется некоторые вещи не позволительны. Собчак — это обычный спойлер.

У тебя не возникало вопросов к избирательной компании Навального? Конкретно с экономической точки зрения, например, где взять деньги на все преобразования.

Навальный называл цифры, где можно взять деньги, чтобы поднять зарплаты. У меня есть, несомненно, вопросы, но более тонкие, например, его молчаливая позиция по Крыму. Я думаю, он понимает, что если скажет, что его снова нужно отдать Украине или, наоборот, оставить, то он потеряет часть избирателей. Поэтому он увиливает от таких вопросов. Но думаю, если бы он смог стать кандидатом в президенты, то ему пришлось сказать все, что он думает.

Видишь ли ты за время правления Путина какие-то позитивные моменты?

Идея с материнским капиталом, например, была очень даже неплохой. Но реализация не очень. Проблема законодательства в том, что есть хорошие идеи, но из-за того, что чиновники понятия не имеют, как живут обычные люди, они не могут реализовать эти идеи, они не применимы к реальности.

Фото из архива Веры Иноземцевой

Большинство считает, что Навального поддерживают глупые школьники и платят за митинги.

Нет, мне никогда никто не платил за митинги. Но я часто сталкиваюсь с таким мнением в реальной жизни. Например, на пикетах к подходят сотрудники полиции и спрашивают, сколько нам платят за это. Ну, видимо, у кого что болит. Часть астраханцев с нами соглашается, больше бабушки, подходят, разговаривают. Другие плюются, мол, Госдеп вам заплатил. Некоторые говорят, а какой в этом смысл? Молодым людям часто все равно или смешно, им все кажется несерьезно. Меня это разочаровывает, мне кажется надо быть посерьезней в этом плане.

А что говорят твои сверстники о политике?

Есть одногруппник который голосовал за Путина, еще один ходит со мной на митинги. Но остальным абсолютно все равно, мол, в 90-е ужасно жили, сейчас все нормально, стоит потерпеть. Процентам 80% абсолютно наплевать, им главное доучиться.

Фото с митинга 26 марта, эти самые кроссовки случайно стали символом этого дня.

Как в университете относятся к твоей активной позиции?

После митинга 26 марта 2017 года дня через три нас позвали в деканат. Разговаривали, пытались успокоить. После пикета у здания РУВД ко мне домой даже приезжала полиция и люди из отдела по борьбе с экстремизмом. С ними поговорил папа, я пряталась. Родители очень переживают за меня, особенно после задержания.

Потом меня одну вызвали в деканат, попросили быть аккуратнее. Когда я сидела у декана, приехала полиция, узнавали информацию обо мне. Вот и все. А вот после последних случаев никакой реакции не было, я удивлена даже.

Кем ты себя видишь в будущем? Будет ли это связано с политикой?

Я сейчас учусь на программиста, это была моя мечта — делать игры… Сейчас я понимаю, что это не то, чем бы хотела всю жизнь заниматься и стою на распутье – идти в магистратуру или получать второе высшее. О политике были мысли, если была бы возможность, я бы хотела стать президентом, но нужно подождать 15 лет. Депутатом тоже не так просто стать, надо баллотироваться от партии, тем более от 21 года. Мне сейчас 20, есть год подумать, тем более это затратно, кампания стоит от ста тысяч рублей.

Как ты проводишь свободное время?

Я люблю игры, книжечки читать, рисую немного. Стандартные увлечения для людей моего возраста. В школе часто ходила на научные конференции. Мне тогда очень-очень не нравилась, так скажем, тенденция отупения молодежи, в то время были популярны глупые мемчики. Я когда изучала этот вопрос, смотрела интервью c владельцем MDK [один из самых популярных пабликов в ВКОНТАКТЕ, прим. редакции], он сказал, что ведет так паблик, чтобы люди стали злыми. Я считаю, что ненависть – это способ управления людьми.

Ты ратуешь за изменение мира, что ты сама для этого делаешь?

Я хотела помогать животным, но у меня открылась сильная аллергия… Сейчас меня заботит проблема бродячих животных. Даже здесь на входе лежала собака. Первое, что я бы сделала, если у меня была бы власть или деньги – решила проблему бездомных собак любым способом. Гуманным, конечно, расширила питомник или стерилизовала.

Фото из архива Веры Иноземцевой

Какие ты видишь проблемы в Астрахани?

У нас город очень грязный и почти нет мусорников. Еще мне не нравится, что город пыльный. Это же все попадает в легкие. А ведь нужно просто направить немного денег в нужное русло, например, положить газон. Или поставить питьевые фонтанчики, чтобы людям было комфортно жить в городе. Чтобы пока они идут на работу, гуляют, им было приятно. От этого и уровень жизни на мой взгляд поднимется.

Кто из астраханских политиков тебе симпатичен?

Не знаю кого назвать….Наверное, [Олег] Шеин. В 2012 году он сильно повлиял на обстоятельства [имеется в виду голодовка Шеина против результатов выборов мэра Астрахани, прим. «Арбуза»]. Сейчас не знаю, он спорный человек, но за какие-то вещи ему можно сказать спасибо. Он мне нравится тем, что он открыт для общения с простыми людьми. Он не закрывается дорогими машинами и охранниками как остальные.

Ты за эволюцию или революцию?

Мне кажется, сейчас Россию спасет только мирная революция. Как в Армении, например — без оружия, мирно, вышли и за 2 недели добились своего. Почему нет? Никто, практически никто не пострадал, но мы же понимаем бескровных революций не бывает.

Если надо будет полезть на баррикады, ты полезешь?

Мама, я шучу сейчас! Но вообще да, только если моя жертва не будет напрасна. Нет, я не анархист, для России это не подойдет. Если у нас будет анархия, ничем хорошим это не кончится. Должна быть какая-та иерархия, но здоровая. Мне кажется, что в России должна быть парламентская монархия. Но парламент должен быть реально избран, а не абсолютное большинство у Единой России.

Маша Чашникова

3 июня 2018, 22:11

ПОДЕЛИТЬСЯ НОВОСТЬЮ


Лента новостей