Две недели назад из разных уголков Астраханской области начала поступать информация о том, что к населенным пунктам слишком близко подошли животные, занесенные в Красную книгу, — сайгаки. Сначала они слонялись по улицам, попадали в неприятности, калечились из-за постоянного поиска пропитания. Но теперь все изменилось. Подробнее об этом «Арбузу» рассказал натуралист, автор телеграм-канала «Записки астраханского натуралиста» Владимир Паньков.
«Первые дни по ним было видно, что они истощенные, и они очень вели себя неосторожно. Можно было просто подойти к сайгаку метров на 10, а пройти мимо человека они могли и в двух метрах, поэтому их столько снимали на сотовые. Сейчас они уже пасутся в полупустынях, между посадками, и при появлении человека как минимум осторожно отходят, а то и просто бегут со всех ног в направлении открытого пространства», — поделился собеседник.
Сейчас животные снова набили животы травой, поэтому и вернулись к своему нормальному поведению. По мнению натуралиста, сайгаки уже никуда не уйдут. Они останутся жить в Харабалинском, Красноярском и Приволжском районах Астраханской области, кочевать по пастбищам.
«Обратно в Казахстан они не пойдут, там сотни тысяч их собратьев остались, да и не настолько они умны, чтобы вернуться туда, откуда пришли», — подчеркнул Паньков.
Эксперт уточнил, что прибывшие из-за границы животные представляют собой часть крупной Северо-Казахстанской популяции. Они могут периодически мигрировать туда и обратно через российскую границу.
В то же время в Астраханской области существует своя, местная популяция, обитающая в Лиманском районе, в заказнике «Степной» и заповеднике «Черные земли», которая насчитывает свыше 50 тысяч особей и считается обособленной.
«Теоретически те сайгаки, что перешли Волгу, могут дойти до Лиманского района. Но специально они не ищут встречи, если только случайно наткнутся на них», — прокомментировал Владимир Паньков.
Однако такая встреча может нести риски для местных животных.
«Для нашей популяции это может быть опасно, казахстанские сайгаки могут принести болезни, к которым у них уже есть иммунитет — а у нашей обособленной популяции его нет», — объяснил натуралист.
